ВРЕМЕНА И НРАВЫ
 
Предыдущая статья Предыдущая статья Содержание номера Следующая статья Следующая статья

Учиться, учиться и... лечиться



Не в начале июня, не в середине лета и даже не первого сентября, а чуть позднее пришло, наконец, не столько понимание, сколько ощущение: мои дети больше никогда в школе учиться не будут. Я, вообще-то, не очень нервная и несентиментальная. Но каждый раз, будучи приглашенной на школьные мероприятия и даже глядя на нарядных первоклассников, мучительно борюсь с подступающим к горлу комом. Не так давно поняла, что вид юных дарований, стоящих на пороге жизни в школьной форме, вызывает у меня чувство, далекое от умиления. Я им не завидую, мне за них тревожно. Я школу, мягко говоря, недолюбливаю...
    За это заявление в первую очередь следует попросить прощения у учителей - моих собственных, моих детей и вообще учителей, пришедших в школу по призванию, по великой и бескорыстной любви к чужим детям. Что бы там ни говорили, а таких в учебных заведениях много было всегда, много и сейчас.
    Кто-то раньше, кто-то позднее, но классе в третьем добросовестный ученик оказывается в сложном положении: между школьными требованиями и родительской любовью. Оставим в покое гениальных учеников, за десять, одиннадцать лет не получивших ни одной плохой отметки, не совершивших поступка, достойного порицания. Им можно завидовать, можно им сочувствовать, речь не о них.
    Говорю о себе, потому что за всех отвечать не берусь и рада буду, если большинство со мной не согласится. Значит, школа не лучший период моей жизни, а для остальных - годы чудесные, с дружбою, с книгою, с песнею. Все это было, конечно, и у меня, но подозреваю, что могло случиться и вне школьных стен: детство вообще прекрасный возраст.
    Так вот, где-то классе в третьем, когда пора легких отличных отметок прошла и вместо сплошных пятерок появились другие цифры в дневнике, я cтала жить в вечном страхе. Этот страх не оправдать родительскую любовь, не удержаться на том пьедестале, на который каждый нормальный родитель возносит собственное дитя, подавлял детское любопытство, заставлял вырывать листы из тетрадей и подчищать бритвой тройки в дневнике. Каждый психически здоровый человек должен себя любить. В школе это доброе отношение к самому себе сохранить трудно - слишком много желающих объяснить, что ты ленив, невоспитан, груб и даже туповат. Да и сам понимаешь, что хороший человек не станет вырывать листы из тетради. Значит, ты плохой.
    Для одаренных, вернее, всесторонне одаренных и трудолюбивых детей чуть позднее, для прочих раньше наступает момент, когда справиться со всеми требованиями школьной программы становится невозможно. Уже сколько сказано о том, что школьные программы перегружены, а они с каждым годом все сложнее, все обширнее и запутаннее! Когда дочь в первом классе принесла задание, из которого следовало, что отныне русских детей русскому языку обучают посредством транскрипций, мне захотелось взвыть.
    Дальше - хуже. Пять уроков - это пять часов работы с минимальными перекурами, пардон, переменами (курить не разрешают). Каждый ли взрослый может с чистой совестью сказать, что трудится каждый день напряженно по пять часов? Есть ли родители, чьи чада не приносили дневник с записью учителя "Не работал на уроке"? Пять уроков - это минимум. Бывает и по шесть, и по семь. В конце каждого ученики открывают дневник и записывают домашнее задание.
    Оставим в покое физику, математику, прочие дисциплины, время подготовки к которым зависит хотя бы от способностей. Для того чтобы подготовиться к литературе, помимо всего прочего ребенок должен за неделю прочитать "Войну и мир", за пару дней - "Преступление и наказание", а если собрать весь список рекомендованной литературы, то получается, что выпускник должен прочитать столько, сколько средний нормальный человек за всю жизнь не прочитает. Средний и нормальный, я про будущих литераторов-писателей не говорю. Они наверняка параллельно химию-астрономию не выучили на пятерку. Чтобы все заданное выучить на пятерку, суток не хватит. Любящие родители еще стараются пристроить ребенка в музыкальную школу, в спортивную, обеспечить дополнительное изучение иностранного языка... Начинаются комплексы: вины, неполноценности, прочие радости психиатрии...
    Ладно объем знаний. С этим можно справиться, просто перестав делать уроки, как сделала в свое время я. Последние два года учебы школьная сумка не пересекала пределы прихожей. Пришла - бросила, ушла - прихватила. Знаний, полученных на уроках, хватит любому, для того чтобы получить аттестат. Но положение между молотом и наковальней остается и в этом случае.
    Мой сын передал мне особую благодарность от классной руководительницы за то, что я наконец-то в первый раз за три года пришла на родительское собрание. Три года отговаривалась занятостью на работе! Пытки страшнее я не знаю, хотя ребенок по учебе был в числе первых. Каждый родитель на собрание приходит для того, чтобы услышать про свое чадо что-то хорошее. Ребенок в это время сидит дома и с ужасом ждет, что же скажут. Взрослый человек хочет знать то, что про него за глаза говорит начальство? Теперь представьте, что это сказано не в приватной обстановке, а, предположим, при вашей супруге. То есть вас обсуждают за глаза с человеком, в глазах которого вы хотите выглядеть наилучшим образом. Причем в присутствии других заинтересованных лиц, во взрослом варианте - при супругах ваших коллег. Я не знаю, как это назвать - донос, сплетня, но никаких добрых ассоциаций родительское собрание не вызывает.
    Слышала как-то я здравую мысль: пусть родители воспитывают, а школа учит. Как бы не так! Школа норовит учить и воспитывать и учеников, и их родителей. Я могу привести примеры, но в горле застревает знакомый ком...
    Рассуждения о том, что юноша, не умеющий написать слово "еще" без ошибок, вырос гениальным композитором, стало общим местом. Но у меня до сих пор стоит перед глазами картина, когда моя одноклассница, красивая, высокая девушка, выйдя к доске, нелепо крутила в руках линейку и треугольник. Преподавательница, сумевшая поселить во многих детских душах любовь к математике, откровенно развлекалась: девушка не могла при помощи предоставленных инструментов провести параллельные прямые. Я подозреваю, что и сейчас бывшая школьница, ныне состоявшийся специалист в своей области, далекой от математики, не сможет провести эти чертовы прямые. Почему же она тогда терпела это унижение? Учительница-то была хорошая...
    Возможно, для кого-то была хорошей и та преподавательница литературы, что поставила мне двойку за сочинение, написанное в стихах. "Шиханова, меня не интересуют твои творческие порывы, меня интересует знание материала!" А я зарифмовала не только собственные эмоции, но и фамилии персонажей изучаемых произведений! Два года она меня учила. По идее, отвращение к печатному слову должно было остаться навсегда. Нет, своей профессией я избрала журналистику - живуч человеческий организм!
    Однако после школы ни о каком филфаке разговора не было. Строительный факультет - там по крайней мере никаких сюрпризов для того, кто разбирается в технических дисциплинах, пусть и нелюбимых. Учителя, сыгравшего решающую роль в моей судьбе, хочу назвать по имени, отчеству и фамилии. Осипов Иван Осипович - вот человек, которому я обязана многим. Он, декан строительного факультета, выгнал меня из университета, несмотря на слезы, которые я обильно пролила в его кабинете. Он, педагог, спас меня от самого страшного - всю жизнь заниматься не своим делом! Спасибо, Иван Осипович!
    Что мы знаем в семнадцать лет о собственных способностях и наклонностях? Что мы знаем о себе и о дороге, которую выбираем? А выбор делается именно в этом неспокойном возрасте.
    Чего мы желаем своим детям? Счастья, разумеется. И запихиваем их в вузы, техникумы по собственному усмотрению. Наши критерии - престижность образования, предполагаемая востребованность после окончания учебного заведения. На какие факультеты самый большой конкурс? Юридический и экономический. Безработных выпускников этих специальностей пруд пруди. Специалистов в этой области - огромный дефицит. Образование еще ничего не гарантирует.
    Отец Паганини в свое время запирал сына в комнате, заставляя заниматься музыкой. И жестоко бил, если тот не усваивал урок. Никколо стал гениальным музыкантом и... глубоко несчастным человеком. Так чего мы желаем своим детям - счастья или мирового признания, возможно, посмертного?
    Мы воспитываем своих детей, ссылаясь на древнюю мудрость: без труда не вытащишь и рыбку из пруда. Но есть и другая пословица: умный в гору не пойдет, умный гору обойдет. Напутствуя юношество, гениальный Капица сказал: "Делайте в жизни то, что вам легче всего!" Вероятно, он всю жизнь делал то, что среднему уму непостижимо, и ему было легко! Почему бы нет? Колесо придумал лентяй, которому надоело таскать тяжести. Технический прогресс вообще двигают люди пытливые, неуемные, хотя и не всегда самые большие труженики.
    Говорят, что российская система образования лучшая в мире. Недаром наши специалисты востребованы везде. Но я-то думаю, что не наша лучшая, а просто все остальные еще хуже! Представляете, что будет, если каждый из нас найдет свое место в жизни, будет легко и радостно делать то, к чему есть способности от природы?.. Представляете? Я не представляю.

Светлана ФЕДОТОВА



Предыдущая статья Предыдущая статья Содержание номера Следующая статья Следующая статья
© Редакция газеты "Карелия", 1998-2003