КАРЕЛИЯ N 78 (1504) за 22 июля 2006 года

Девять с плюсом


Любимцы муз

Явите миру <Невский сказ> Вспоминая художника Николая Брюханова

3 августа исполнится два года, как ушел из жизни заслуженный деятель искусств РК Николай Иванович Брюханов. С его именем связана целая эпоха в книжной деле Карелии. В издательстве <Карелия> Н. Брюханов оформил более 100 книг, что принесло ему славу далеко за пределами нашей республики.

Вспоминая талантливого художника, хочется взять в руки его книги, перечитать и перелистать их, всматриваясь в замечательные иллюстрации Николая Ивановича к <Руслану и Людмиле> А.С. Пушкина, к сказке Астрид Линдгрен <Мио, мой Мио>, к составленному Юрием Линником сборнику стихов <Венок сонетов> и к другим, давно уже ставшим библиографической редкостью. Счастлив тот, кто имеет их в домашних библиотеках и читает их своим детям и внукам.

В этом разнообразном венке изданий особое место занимает карельский фольклор. Именно в нем особенно ярко и полно проявилась индивидуальность художника Николая Брюханова, его неповторимый стиль и пластика рисунка.

Возьмите с библиотечной полки сборник <Карельские сказки> (изд-во <Карелия>, 1977) и вы сами в этом убедитесь. На обложке - однозубый хитроватый дед словно приглашает вас отправиться в мир сказок карельского народа, обещая много интересных сюжетов. Листая страницы книги, вы погружаетесь в неторопливый ритм рисунков и акварелей Николая Брюханова и вместе с художником участвуете в жизни героев народных сказок, проходящей на фоне карельских пейзажей с крестьянскими домами и баньками.

Иллюстрации Н. Брюханова (страничные, полосные, разворотные) населены животными северных лесов - оленями, медведями, волками, лисицами, белочками, козочками. Они - порой смешные, порой беззащитно трогательные - существуют на книжных страницах рядом с людьми и в чем-то очень на них похожи. Медведи и волки в акварелях Николая Брюханова носят берестяные лапоточки, ходят с лукошками по грибы и ягоды, а потом сидят вместе с хозяевами за столом в избах с полосатыми ткаными половичками на полу...

Рассматривая рисунки художника, с удовольствием окунаешься в сказочный поток, ощущая на себе и холод зимней проруби, и уют старого карельского дома, и тепло русской печки. А это дано далеко не каждому даже опытному иллюстратору. Николай Иванович любил, хорошо знал и изучал северный фольклор и книги скандинавских писателей. Все детали в его рисунках этнографически выверены и убедительны, будь то орнаменты вышивок на костюмах персонажей или предметы утвари.

Сборник <Карельские сказки> был отмечен на многих конкурсах книги в России и награжден медалью ВДНХ СССР. Его с удовольствием читают дети и взрослые и мысленно благодарят художника Николая Брюханова за талантливую работу.

Вспоминаю последнюю персональную выставку Н. Брюханова в залах Музея изобразительных искусств РК, подготовленную к 80-летию со дня его рождения.

В центральном зале экспонировался его триптих <Руны <Калевалы>, написанный масляными красками (в последние годы Николай Иванович занялся живописью, писал пейзажи, натюрморты и композиции на темы эпоса <Калевала>). Встречаясь со зрителями, он рассказывал о героях <Калевалы> - все они нашли свое место в трехчастной композиции <Руны <Калевалы>. Художник очень хотел, чтобы эта важная для него работа нашла место в каком-нибудь карельском музее. Надеемся, что так и будет:

У Валентины Васильевны, вдовы художника, хранится рукотворная книжка, сочиненная, проиллюстрированная и сконструированная самим Н. Брюхановым. Он назвал ее <Невский сказ>. Сказ о том, как заготавливали, торжественно везли в Санкт-Петербург и там устанавливали каменные глыбы для <Медного всадника>. Каждая деталь этого пути талантливо проиллюстрирована художником и им же сочинены веселые стихи в стиле раешника.

Премьера авторской книжки <Невский сказ> состоялась на персональной выставке

Н. Брюханова. Он сам читал свои стихи, а на стенах висели оригиналы иллюстраций. Этот творческий вечер художника надолго остался в памяти тех, кто тогда на нем присутствовал. Выставка закрылась. Рисунки вернулись в мастерскую Николая. Любимое детище художника не издано до сих пор. У вдовы-пенсионерки нет на это средств, а спонсоры пока не нашлись. Может быть, еще найдутся?

Серафима ПОЛЯКОВА, научный сотрудник Музея изобразительных искусств РК

Содержание


Выставки

Из Флориды в Хельсинки

Художник Владимир Фомин собирается писать Кижи всю жизнь, но не отказывается и путешествовать. В феврале 2006 года он представил 22

работы на суд американских зрителей. Фомин - сибиряк, в Карелии живет с 1992 года, создал несколько живописных серий, в том числе Вепсскую, Кижскую, Калевальскую. Его персональные выставки представляли музеи и галереи Германии, Финляндии, Швеции, Норвегии, а сейчас - зал художников Флориды в музее, включенном в список Национального регистра исторических мест США.

Одна из местных газет отмечала: <В течение февраля в Музее Альбина Поласека происходит шоу-демонстрация удивительных художественных работ современного российского живописца Владимира Фомина. Музей - достойное место для американского дебюта великолепной восходящей звезды художественного мира из России. Увиденное в музее поражает использованием цвета, формы и композиции, которые восхитительны. Декоративные детали, точная и похожая на мозаику техника, гармоничные цвета, ясность и изящество образов характеризуют его уникальный стиль, который художник называет авангардистским лубком - артистическим синтезом традиционных и популярных направлений живописи>.

- Мой стиль - это комбинация нескольких элементов: русской народной картинки - лубка, отличающегося яркой и изящной композицией, ярко расписанного вручную, - русского авангарда, северного орнамента, а также красок и стилистических концепций известных живописцев, - говорит Владимир Фомин.

В Кижской серии в работе под названием <Диалектика Русского Севера> Фомин изображает церкви, включая известную церковь Преображения. Очаровывают его картины серии <Сказки Севера>. Владимир Фомин считает, что его сказки очень оптимистичны.

В настоящее время продолжается выставка Фомина в торгпредстве России в Хельсинки, а в ближайших планах - еще две выставки в США и во Франции.

Содержание


Выставки

Хроника

- Петрозаводский поэт и бард Николай Почтовалов с 29 июня по

4 июля был гостем конкурса <Пушкин в Британии>, ежегодно проводящегося в Лондоне для стихотворцев, пишущих по-русски, но живущих вне России. Именно потому, что Николай живет в своей стране, в претенденты на звание <короля поэтов> (однако!) он не попал, но зато лондонцы, и не только <этнические> англичане, услышали его русские песни. И теперь зовут погостить еще раз.

- В недавнем номере детского журнала <Мурзилка> (№ 7, 2006) опубликованы стихи петрозаводчанина А. Сунгурова. Стихи Андрея печатались здесь и раньше. Он - автор двух поэтических сборников <Река может простудиться?> и <Волшебная зеленая страна> (последний вышел в свет в апреле этого года). Кроме того, его прозаическая детская повесть <Волшебная белая тросточка> была опубликована в № 11 - 12 журнала <Школьный вестник> за прошлый год, а новую, - <Горький шоколад>, - читатели смогут прочесть в сентябрьско-октябрьской книжке этого издания.

- 9 июля в деревне Хайколя Калевальского района, родовом гнезде писателя Ортье Степанова, прошел фестиваль карельской литературы <Родичи> (так назывался роман прозаика): состоялся концерт, в котором участвовали жители района, гости из Петрозаводска и Финляндии, шла продажа изделий народных промыслов, поэты читали свои стихи.

- Николай Абрамов, Алевтина Андреева, Михаил Башнин, Ольга Жукова, Нина Зайцева, Рюрик Лонин, Олег Мошников - наши <республиканские> авторы сборника <Свежий ветер>. Эта своего рода антология вепсской поэзии вышла при финансовой поддержке Госкомитета РК по делам национальной политики.

- Среди других книжно-поэтических новинок года - очередной сборник петрозаводчанина Авенира Тихонова <Лихолетья России> (предыдущий, <Синь-озеро>, вышел годом раньше), а также первая в творческой судьбе Галины Мининой из Сортавалы книга <Все с чистого листа>, по основной профессии она медик. Представление сборника читателям намечено на эти дни.

Содержание


Выставки

Конкурс

- Писателей-фантастов России (и не только) приглашают принять участие в конкурсе произведений любых жанров для детей и юношества на премию имени Владислава Крапивина. Заявки ждут до 1 августа, вручение ежегодной премии (призовой фонд 100000 рублей) - 14 октября.

Содержание


Выставки

Завершается конкурс, победители которого получат премию имени карельского поэта В. Брендоева. Оригинальные стихи и переводы русских и карельских авторов о родном крае, жизни карельского народа, природе малой отчины и ее истории принимаются по адресу: 186000, г. Олонец, ул. Урицкого, 2а, национальная библиотека, тел. 2-12-52.

5 сентября в этом городе и районе пройдет День карельского языка, в рамках которого состоятся и встречи с карельскими писателями и поэтами, а на следующий день в Самбатуксе, на родине В. Брендоева - праздник деревни, где и будет вручена литературная премия.

Содержание


Провинция

Алексей КУЗНЕЦОВ Где же наше короткое лето?

Вообще-то, Алексей Кузнецов - человек сейчас городской, но, живя в послевоенном детстве на окраине Сортавалы, он немало счастливых дней провел в окрестных шхерах, а теперь, будучи петрозаводчанином, летом находится на даче. Так что как посмотреть. Во всяком случае, <природные> стихи у него получаются лиричные, щедрые на зорко подсмотренные детали, в которых узнается именно наш северный край.

Содержание


Провинция

Белая ночь на Ладоге

Над гладью озера зеркальной

прозрачность воздуха светла,

на острова, на берег скальный

невидимая ночь легла.

В воде и в небе, словно пятна:

чуть красноватая луна

отображается двукратно

и вкруг - густая тишина.

Соседний остров над водою,

как опрокинутый, висит.

Со свистом воздух рассекая,

нарушив тишину на миг,

промчится низко уток стая

и грузно плюхнется в тростник,

да в заводи, за камышами,

плеснется рыбина порой,

и вновь над сонными лесами

ненарушаемый покой.

Остаток зноя дня былого -

тепло вокруг дарит гранит.

...Случайно сказанное слово

далеко в озеро летит.

Содержание


Провинция

Чайка

Где очарованному взору

откроется широкий вид

на бурной Ладоги просторы, -

скала высокая стоит.

Вверху скалы рукой умелой

под самой кромкою небес

квадрат начертан - <камень белый>.

Внизу же, где воды урез,

там выбит крест на камне прочном

и дата <Тыща восемьсот...>

Теперь уже не помню точно,

какой был обозначен год.

Крест этот выбит по причине

того, что смертный грех сверша,

навеки сгинула в пучине

всех непростившая душа.

Покинув белый свет озерный,

оставив землю без следа,

душа прослушала покорно

решенье Высшего Суда:

Чтоб ей, душе, не знать покоя -

уж слишком грех ее большой -

покуда с камня крест не смоет

тяжелой ладожской волной.

С тех пор, спокойствия не зная,

стремясь ускорить бег минут,

пугливой чайкою летая,

душа навзрыд горюет тут.

Над голой каменной стеною,

где ни травинки, ни куста,

где непогода бьет волною

в изображение креста.

А чайка мечется, кружится

с тоскливым криком у скалы

и в нетерпении садится

на белопенные валы.

И нет, конца не видно спору

воды и камня, и стоит,

не поддается волн напору

несокрушаемый гранит.

Содержание


Провинция

Шторм

Прошли сквозь узенький проход,

куда совались?

За мысом - как водоворот,

а волны - сердце жмет и жмет.

Ну, брат, попались...

Теперь ломиться лишь вперед,

осилим если,

а боком встань - перевернет,

назад - об скалы разобьет,

о камни треснет.

На веслах с Мишкою вдвоем,

кляня погоду,

от напряженья жилы рвем.

А Васька - силы мало в нем -

черпает воду.

Устала до смерти спина,

рубаха - выжми,

а берег - серая стена,

и с ревом бьет по ней волна,

и в небо брызги.

А силы, сколько их у нас,

уходят все же,

и сносит к берегу как раз.

И вот сейчас, сейчас, сейчас!..

Помилуй, Боже!

Я буду каждый день, всегда

Тебе молиться,

к воде - ни шагу, никогда,

и вплоть до Страшного Суда

не буду мыться!

А силы вовсе на нуле.

Но как виденье

там, впереди, - проход в скале.

Сажени три. Ну, может, две,

и в нем спасенье.

А нас кормой вперед несло,

и весла гнулись.

Как щепка, треснуло одно.

Удар! Ну, все... Нет, пронесло:

в песок уткнулись...

Мы с той поры недели три

сидели дома,

потом друзья ко мне зашли:

<Поедем, черт его дери.

Пути знакомы>.

Содержание


Провинция

***

Лес в летнем лиственном наряде

и кое-где лишь не всерьез,

как седина, желтеют пряди

на темной зелени берез.

Тепло, светло. Висит день целый

лазурь небес над головой,

подчас попахивает прелой

сырой картофельной ботвой.

Над гладью озера просторной

кружит случайный желтый лист.

Прозрачен горизонт озерный

и так невероятно чист!

И хоть кругом бушует лето

и солнце яркое горит,

по всем чуть видимым приметам

преддверье осени стоит.

Содержание


Провинция

***

Когда искрящегося снега

сугробы наметет зима,

вдруг неожиданно, с разбега -

да не сошли ли мы с ума? -

как в детстве, ловко и умело

под визг и крики наших чад

мы с горки вниз съезжаем смело,

фанерку подложив под зад.

Содержание


Провинция

***

Губа наполовину вскрылась,

когда, проделав круг над ней,

из поднебесья опустились

полсотни белых лебедей.

Прервав в арктические дали

свой утомительный полет,

они в заливе отдыхали,

степенно выбравшись на лед.

Сидели, белые на белом,

играл на перьях солнца блик,

и раздавался то и дело

их горловой зовущий клик.

И вот, поплавав между льдами

и отдохнув два-три часа,

крича и хлопая крылами,

вся стая взмыла в небеса.

Подобно белой карусели

они над озером прошли

и, вставши клином, полетели

на севера, за край земли.

пос. Пиньгуба

Содержание


Провинция

Севера

Голубая капель

где-то звонко стучит под окошком,

а у нас все метель

бьет в стекло одинокой сторожки,

затеняют окно

снегом крытые черные ели.

Вечерами темно

и нерадостно даже в апреле.

Во дворе за стеной

воет ветер, струится поземка,

а в углу за спиной

словно движется что-то в потемках.

Светотени игра.

Промелькнуло вдруг что-то и нету...

Севера, севера.

Где же наше короткое лето?

Содержание


Земляки-иностранцы

Николай НОВОСЕЛОВ: <Я ВОЗВРАЩУСЬ НА ЭТИ БЕРЕГА...>

<Из Бреста - мать. Отец - с Урала. Я ж - в Айастане начал жить...>, - так сказал о начале своей жизненной биографии поэт Николай Новоселов, родившийся в советской Армении (офицерская семья, служба), окончивший Карельский государственный пединститут, работавший в Поросозерской средней школе (Суоярвский район), в итоге уехавший в советский же город Жданов на Азовском море, который на излете 1991 года оказался за границей <незалежности> и вскоре вернул свое старинное имя Мариуполь. <О Русская земля! Ты уже... за <бугром>!..> - горько воскликнул вынужденный иностранец вслед за безвестным автором <Слова о полку Игореве>. Между прочим, по одной из версий, печально знаменитая битва древнерусских дружин с надвинувшимися из глубин Азии монголами на реке Калке произошла на берегах теперь протекающего через Мариуполь тихого и мелкого Кальмиуса (<Зимние текли туманы... Кальчик, с Кальмиусом слившись...>).

Южанин, гражданин другой страны. Но был же у него и наш, северный, период жизни и творчества! Были здешние друзья, и публикации в прессе - от <районок> до журнала <Север>, и первый поэтический сборник <Бережность>, вышедший в издательстве <Карелия>. Кстати, в этом Николай Николаевич или <Н в кубе>, как мы про него говорили, опередил всех нас, его литературных ровесников.

Русский Север постепенно входил в его насквозь поэтическую душу: <Над болотом нависшее небо...>, <Деревенька лесная. Огни. Неразрывность красы и печали...> <Метет поземка ноября...>, <Мне видится женщина в старой холодной часовне...> и т.д.

<О российская сирая глушь!..> - это из его стихотворения <Провожаю погожие дни...>, а строкой раньше поэт обмолвился, что <Огни (тех самых <лесных деревень> - В.С.)... глядят неотрывно мне в очи...>, так нечаянно или сознательно выдав южность своего сердца. Но он по сей день считает себя сыном той, исторической, России: <Я прохожу столетьями Руси...>, <Стираю слезы с глаз твоих, Россия, и прожигает руки до кости!..> (<Отчизне>). Ему одинаково любы и ноябрьская поземка на Севере, и то, как <Над степью притихшей, над морем печальным простерся закат...>. Да, ныне <тихо за темным вечерним холмом...>, но память упорно возвращается в край, очерченный скалами.

<На кухоньке, размером с кресло, сгущался сигаретный дым... Нам было весело-нетрезво, таким счастливо молодым! Читали мы стихи - по кругу. И песни пели до утра...> (<Ностальгия>). Помню и я эти ночные засидки: что в их общежитии на проспекте Ленина с окном в стену кинотеатра <Победа>, что в съемной квартирке на улице Анохина за неглинским мостом, что в поросозерском учительском домике. И петрозаводчане-поэты А. Реутов, А. Ливанов,

П. Шувалов, А. Васильев, Е. Позднякова (всех ли назвал?), уверен, не забыли.

<Да, я поэт, и я немного бард...> Так оно и есть: без новоселовской гитары, кажется, и не состоялось бы наше - как же много нас было! - дружество, человечески заботливое и творчески требовательное. У Николая есть и целый цикл стихов с посвящениями тем из друзей, кто ушел из жизни: кемлянину Виктору Аксенову, кондопожанину Борису Кравченко, сортавальцу-петрозаводчанину Александру Братанову: <Помяните Братанова Сашку... Помяните без книжки поэта...>

А уехал Николай по причине простой: <Я сто общаг переменял, ища под этим небом угол. Моей прихожей был вокзал, гостиной - комнатушка друга...> И там, пусть у пресноватого моря, было далеко не сладко, но стал он членом Национального союза писателей Украины, выпустил еще четыре поэтические книги (четвертую, <Избранное>, прислал в Петрозаводск всем нам, друзьям, в середине декабря), был лауреатом Донецкой областной литературной премии имени В. Шутова и <Мариуполец 2001 г.>.

<Отец закурил и вышел на длинный пустой балкон...> - его пронзительные строки об отце-фронтовике, разыскавшем своего однополчанина и разволновавшемся. И некоторые из нас, его петрозаводчан, курили на этом их балконе в доме по улице с названием (и до сих пор так!) 50 лет СССР...

Украина. Но <Вновь зашторены окна пургой - дотянулись ветра от Аляски...> Да, на последней странице его <Избранного>, естественно, написано: <Микола Миколаевич... (рос. мова)...>, однако сам-то автор считает: <Аз, Николай...> (<Сонет 1999 г.>). И один из его любимых героев, армянин по происхождению, - мариуполец А. Куинджи, кто? <Художник русский был по имени Куинджи...>! Русский.

Уехал Коля. Но знает ли, что его поэму <Молчание Валаама>, в которой тоже упомянуто об этом его знаменитом земляке, цитируют в здешних путеводителях? Так что на <этих берегах> тебя, Николай, помнят. Возвращайся. Понятно, в гости. Пора. Споем, почитаем. Как давно мы не виделись!

Владимир СУДАКОВ

Содержание


Земляки-иностранцы

Белая ночь

Меж островами тихая вода...

Скольжение минут неторопливо.

Мгновенье -

осознать себя счастливым.

А помнить о мгновении - года.

Когда и где на суетной земле

почувствуешь так остро и высоко,

с печалью и нечаянным восторгом,

что значит свет, рассеянный во мгле?!

Лишь только песней выразить смогу

прохладное безбрежное свеченье,

прозрачных мыслей ровное теченье,

спокойный лес на дальнем берегу.

Пускай струится памяти река...

Когда душа сожмется сиротливо,

я возвращусь на эти берега

и вновь себя почувствую счастливым.

Поросозеро

Содержание


Земляки-иностранцы

***

Вода. Туман. И вновь вода.

Я растворен в глухом покое.

И чудится, что никогда земля

завесы не откроет.

Я правлю лодкой наугад.

Июльский вечер на исходе.

Напрасно напряженный взгляд

по берегам пропавшим бродит.

Все гуще в свет приходит тень.

Надежда слита с сокрушеньем.

Гребу - в своем слепом движенье -

который час, который день?..

Веслом - в тумане и воде -

вершу упорную работу,

как будто ожидает кто-то.

А может быть, не ждут нигде...

Содержание


Земляки-иностранцы

Утро

Горячий свет обрызгал берега.

В полудремоте вздрогнула река.

Вспорхнул туман,

рассеиваясь немо...

Рассветный ветер медленно вздохнул

и в легкий шум вершины окунул.

И по листве -

скользнуло солнце в небо...

Родная мне рассветная пора,

да не сметет тебя гроза утрат!

Содержание


Земляки-иностранцы

***

Ожиданье тепла,

бесконечная трель...

Мир лицом потемнел.

И душою - продрог.

На звоночки пичуг

нажимает апрель -

не торопится май

выходить за порог...

Содержание


Земляки-иностранцы

Март, отъезд

Весна!

И снег - тревожен, мягок, порист...

Бураном отбуянившим -

пока!

И загнанным конем уходит поезд -

надсадно,

с белой пеной на боках...

Содержание


Земляки-иностранцы

Шел деждь...

...И деревья промокли,

темной влагой набухли...

Лился шум неумолчный.

Кораблей ждали бухты.

По бульварам прибрежным

шли мы зябко и длинно.

И сквозь сумерки брезжил

мокрый свет над заливом.

Были мокрыми руки,

губы мокрыми были.

Боль прошедшей разлуки

мы еще не забыли.

А по улицам сонным,

и печален, и светел,

дождь все шел отрешенно,

так нас и не заметив...

Содержание


Земляки-иностранцы

***

Все холоднее тишина -

за вскриком вспыхнувшей разлуки.

Не до покоя, не до сна

во времена любви и муки.

Луны отсвечивает нимб,

мерцает дивно звездный купол...

И тихо с именем твоим

аукается Мариуполь.

Без солнца я.

Бессонница.

Содержание


Земляки-иностранцы

***

Кони скачут по кромке прибоя,

слева - море, а справа - песок,

по открытой границе покоя

с непокоем, кипящим у ног.

Так прекрасна движения тайна -

меж стихий - на горящий закат!

Будто новой тропой мирозданья

эти кони в молчанье летят.

..................................

Вот промчались, вот сгинули кони!

И остались в отверстой душе,

где полет и покой с непокоем

навсегда неразрывны уже.

Содержание


Земляки-иностранцы

***

Закован в стужу мир безмолвный.

И седина царит, как встарь...

Стоят в заледенелых волнах

деревья, вмерзшие в январь.

Так тишина исповедальна!

Так чист и ясен зимний свет,

что ждет душа разгадки тайны,

которой и названья нет...

Содержание


Месяцеслов

Ромашковое лето

Ах, июль - макушка лета,

ночи белы до утра.

Я люблю тебя за это,

сенокосная пора.

Колосится рожь и зреет,

пахнет клевером в стогу.

И ромашкам кудри веет

шалый ветер на лугу.

Я нарву тебе ромашек

и в букет их соберу.

Нет цветов в июле краше,

чем ромашки на ветру.

Буду ждать с тобой рассвета

ночкой белой до утра.

Ах, июль - макушка лета,

сумасшедшая жара!

Владимир ЛЕЖНЕВ

Содержание


Цветник

Кипрей

Пахнуло осенью как будто,

и вечер, съежившись, потух.

Кипрей, продрогнувший под утро,

оделся зябко в белый пух.

И среди трав, пролегших вехой,

как князь над павшей ниц толпой,

в высокой шапке островерхой

застыл, обрызганный росой.

Туман теснится в узкой пади,

под ним речушка чуть слышна,

а у берез узорит пряди

латунным блеском седина.

День поднимается помалу,

внимая птичьим голосам,

но лишь к полудню дымным палом

сгорит тяжелая роса.

Николай НИКИФОРОВ

Содержание


Цветник

Вдали от столиц

Это мы по Аллее Желанья

коридорчиком узким идем.

Как понятно уже из названья,

каждый думает здесь о своем.

Как всегда, замыкаю цепочку,

мне отсюда лишь спины видны.

Да, мы вместе - и все ж в одиночку,

наши помыслы разобщены.

И тогда я, конечно, не знала:

не исполнится то, что хочу,

а на снимке теперь увидала:

улыбаются все, я - грущу.

Елена НИКОЛАЕВА

Содержание


Цветник

***

Спит медведица в берлоге,

вся земля белым-бела,

кот шагает по дороге,

у него свои дела.

Куры дремлют на насесте,

месяц - в дымке голубой.

Все - как надо, все - на месте,

все идет само собой.

Я живу и планы строю,

потихоньку жду весны,

но чего я, грешный, стою

без родимой стороны?

Виталий КРАСКОВ

п. Ладва, Прионежский район

Содержание


Цветник

Струны карельской души

Уже 5 лет директором Государственного ансамбля песни и танца Карелии <Кантеле> работает Лилия СТЕПАНОВА. Во многом благодаря ее усилиям известный творческий коллектив приобрел второе дыхание в осуществлении новых концертных программ и других интереснейших проектов. Отмечаемое в этом году 70-летие ансамбль <Кантеле> по праву встречает в числе лидеров национальной карельской культуры.

Зов Родины

Из Сибири семейство Степановых возвратилось в Карелию только в середине 1960-х. Собственно, возвращались-то на родину мама Лили и ее сестры, в жестокие 30-е годы высланные на поселение в Кемеровскую область из Петровского района, прежде объединявшего нынешние Кондопожский, Муезерский и другие территории компактного проживания северных карелов. Деда Семена Васильевича в период репрессий расстреляли. Отец Алексей Степанов родом из деревни Совдозеро, мать Елизавета Давыдова - из Линдозера. Они познакомились и поженились уже в городе Сталинске (Новокузнецке), где после войны родились Лиля и ее братья Володя и Станислав, карелы-сибиряки.

Таких и сейчас там живет немало в бывшем Куйбышевском районе, осели по-северному прочно, корни пустили. Далеко не многие решились потом переезжать на историческую родину - и после хрущевской оттепели, и после фактической реабилитации их старших родичей, ни за что ни про что или расстрелянных, или изгнанных репрессивной машиной сталинского НКВД из родовых гнезд. Нынешней осенью, когда ансамбль <Кантеле> поедет в Новосибирск для участия в V Всероссийском фестивале национальной культуры, Лилия Степанова намерена даже поднять вопрос об организации карельской диаспоры в Сибири в национально-культурную автономию. Потому вынашивает мысль сделать предоставляемый гастрольный выезд именно в Кемеровскую область, чтобы наполнить души сибирских карелов народным искусством предков.

Струны ее карельской души откликнулись национальному фольклору еще в детстве, когда она слышала в проникновенном исполнении бабушки Варвары Филипповны, слывшей лучшей совдозерской вопленицей, старинные свадебные песни и плачи. Теперь уж, конечно, забытые на сибирской земле, где остались могилы бабы Вари и трагически погибшего отца...

Оттого, наверное, мама, тоже тонко чувствовавшая общность с народными традициями малой родины, была одержима идеей обязательно вернуться в Карелию - чтобы не забыть ее дорогие сердцу приметы и детей вернуть к ее чистым истокам.

Ритмы судьбы

Лиля в юности сама танцевала в самодеятельности, плясала так, что каблучкам было больно. Видать, впрямь в хорошей форме держалась, если уже после приезда Степановых в Петрозаводск прославленная Хельми Мальми 30 лет назад предложила ей попробовать себя в <Кантеле>. Словно судьбу напророчила.

В культурную жизнь Карелии Л. Степанова с головой окунулась чуть позже, когда работала заместителем директора по науке в музее-заповеднике <Кижи>. Как вспоминает, как раз впервые глубоко и с увлечением обратилась к изучению проблем материальной культуры, с которой с тех пор связала свою жизнь.

А начиналась ее карельская биография совсем непросто. Приехали из Сибири, а на работу берут только с пропиской, жить негде... Надежнее всего получить место в общежитии можно было в строительных организациях. Потому и устроилась Лиля поначалу диспетчером в СМУ-1 <Промстройтреста>. Затем ее двинули по комсомольской линии, потом - по партийной. Но широко известным ее имя стало с 1984 года - в период работы в должности начальника управления культуры администрации Петрозаводска.

Вот уж когда в полную мощь развернулись незаурядные деловые качества и организаторские способности Лилии Алексеевны Степановой. Согласитесь, с тех пор культурная жизнь в столице Карелии действительно вполне материально ощутима. Прежде всего ритм ей задали дни города, с каждым годом становившиеся все более массовыми народными гуляниями.

Сначала это были яркие театрализованные зрелища на стадионе <Спартак>: в 1984 году представление посвящалось открытию этой спортивной арены и 40-летию освобождения Петрозаводска от финской оккупации, в 1985-м специально готовилось к юбилею эпоса <Калевала>... Со временем летние праздники переместились в пойму Лососинки, следом сдвинулись на Онежскую набережную, а в конечном счете захлестнули весь город. Главным неутомимым организатором буквально всей культурной программы была именно Л. Степанова. В том числе и за эти заслуги в 1996 году ей присвоили звание <Заслуженный работник культуры Республики Карелия>.

Фольклорные корни

Переход в <Кантеле> в 2001-м оказался сопряжен с новыми трудностями. Пришлось долго вникать в особенности жизни национального творческого коллектива, в его славную биографию, само назначение замечательного ансамбля, вынужденного выживать в условиях разрушительных последствий перестройки и противоречивых ельцинских реформ, вкупе сделавших финансирование культуры по остаточному принципу постоянным явлением. Уникальное государственное учреждение получало от государства лишь крохи на нищенскую зарплату артистам и аренду закрепленного за ним помещения.

Переломить проблемную ситуацию мог только сильный организатор, неравнодушный к идее сохранения богатейших традиций национальной культуры, растущих из глубоких фольклорных корней. Все силы души надо было направить на то, чтобы продолжить дело, начатое в 1936 году людьми, фанатично влюбленными в карельское народное творчество.

- Изучив историю <Кантеле>, я низко кланяюсь сегодня всем, кто создал и сохранил наш ансамбль, - говорит Лилия Степанова. - И первым его музыкантам, в том числе канадским финнам, приехавшим тогда в Карелию со своим видением национального искусства. И создателю коллектива Виктору Гудкову, русскому, так влюбившемуся в наши песни и танцы. И шелтозерскому хореографу Василию Кононову, портрет которого мы недавно вывесили в одном из своих залов. И тем, кто не изменил ансамблю в тяжелые 1990-е. Нашим талантливым предшественникам мы с благодарностью посвятили недавно изданный художественный альбом <Кантеле>. Ритмы судьбы>.

Издание этой хорошо иллюстрированной книги - показательный пример тех современных приемов, которые в комплексе применила весьма опытная в решении организационных вопросов Лилия Степанова в доставшейся ей роли своего рода антикризисного управляющего творческим коллективом. Главный расчет был сделан на подготовку востребованных концертных программ и точных тематических проектов, способных пополнить финансирование ансамбля существенными внебюджетными грантами и расширить границы его известности.

Последними весьма популярными начинаниями ансамбля стали программы <Пой, Кантеле, Победу! Гастроли длиной в войну...> и <Вепсские фантазии>. Первая создана на материале фронтовых поездок коллектива в годы Великой Отечественной войны. Вторая развивает фольклорные традиции родственных карелам вепсов. Именно так: развивает, растет из корней народного творчества, обновляет их современным звучанием, но не консервирует их в качестве некого застывшего музейного экспоната.

Поток музыки

- Нас порой упрекают в том, что мы будто бы отступаем от каких-то незыблемых канонов и традиций, вносим в фольклорные мотивы свое понимание и чувствование народного искусства, новые формы и аранжировки, даже используем электронное звучание обновленных на современный лад инструментов, - размышляет директор <Кантеле> о творческих принципах ансамбля. - Да, мы не боимся развития, намеренно соединяем аутентичность и модерн, чтобы не отстать от жизни и быть понятными современной молодежи. В потоке низкопробной музыкальной попсы могучая фольклорная струя тоже должна оставаться живой. Но это ничуть не противоречит идее бережного сохранения национальных традиций в музыке, хореографии, вокале. Те же финны показывают нам пример активного включения электронного звука в фольклорные композиции.

Похожий подход к развитию народного творчества в формах фолк-рока <кантелисты> обнаружили года два назад в программе <Легенда о солнце> венгерского государственного ансамбля песни и танца, плодотворно работающего над реализацией своего проекта <Дом наследия>. Вышли на сайт венгерских коллег, сообщили о себе, получили приглашение на фестиваль чардаша, остающегося самым ярким танцевальным брэндом Венгрии, приехали в 2005-м в Будапешт и выступили с оглушительным успехом. Наверное, как раз потому, что финно-угорские родичи в центре цивилизованной Европы прочувствовали в ярком современном исполнении карельской музыки те самые общие фольклорные корни.

Это была первая после долгого перерыва зарубежная гастроль <Кантеле>. А нынешней весной ансамбль не менее успешно участвовал в престижном международном фестивале <Интернациональная фольклорная лавина> в Германии, куда наших артистов персонально пригласили организаторы, познакомившись с их достижениями по созданному в Интернете web-сайту <Дом Кантеле>. Подготовить сайт вместе с <Каталогом мастеров и инструментов финно-угорских народов> помог грант от международного фонда имени Д.С. Лихачева - вот еще два успешных проекта

Л. Степановой. Теперь уникальный карельский ансамбль точно не затеряется ни в потоке музыки, ни в Мировой паутине.

Созданные по инициативе директора концертно-продюсерский центр, рекламно-издательский отдел, отдел реализации проектов и программ тоже весьма эффективно продвигают творчество <Кантеле> в массы, причем не только в Карелии. Гастрольные поездки за пределы республики стали нынче регулярными. С начала этого года ансамбль наряду с Финляндией и Германией выступал в Мурманской и Вологодской областях, готовится ехать по Сибири и Алтаю, дать концерты в Белоруссии и Москве.

Композиция дома

Побывав недавно в Ингушетии на заседании оргкомитета Всероссийского фестиваля национальной культуры, Лилия Степанова удивила министра культуры России Александра Соколова не-обычным подарком - маленьким кантеле, изготовленным в собственной мастерской ансамбля. Сейчас этот традиционный музыкальный инструмент карелов и финнов в самых разных вариациях творит замечательный мастер Александр Фролов, тонко чувствующий поющее дерево. Кстати, Степанова получила на этот проект грант российского президента В. Путина.

Другое начинание директора стало осуществляться еще с 2001 года - первым делом тогда было решено создать спутниковую детскую студию, отметившую нынче свое пятилетие. Родители с удовольствием привели сюда детей, чтобы в их душах тоже звучали, не умолкая, струны национальной культуры.

Воплотилась в практику и следующая идея Л. Степановой - при ансамбле создана мастерская народного костюма. Теперь наряды для артистов почти не приходится заказывать на стороне, их тщательно продумывают в деталях для каждой новой программы и шьют на месте.

В планах - расширение архива, библиотеки, музея, студии звукозаписи... Только что полученный Л. Степановой новый президентский грант на реализацию проекта <Кантеле-мультимедиа> позволит создать интерактивную образовательную программу по представлению культуры и традиций народов Карелии в виде комплекта из мультимедийного и музыкального CD-дисков.

Все эти задумки изначально заложены в комплексный проект <Дом Кантеле>, который Л. Степанова начала разработатывать, едва приняв ансамбль. Свой поистине грандиозный замысел, поддержанный грантом Главы Карелии Сергея Катанандова, Лилия Алексеевна объясняет опять же со ссылкой на карельскую народную мудрость:

- Знаете, как у нас на севере крестьянские дома строили? Ставили напротив друг друга две опорные стены для поддержки остальных конструкций и, что называется, <в лапу> пристраивали к ним необходимые помещения. Так и мы в ансамбле поддерживаем теперь друг друга комплексом <пристроек>: с одной стороны - музыка, песни, танцы, с другой - студии, мастерские, хранилища и прочие вспомогательные службы. Сергей Катанандов в подробностях ознакомился с нашими планами, проникся их значимостью, сам, как строитель, облазил все углы нашего здания, оценил масштабы необходимых ремонтных работ. Сейчас ждем от правительства выделения требуемых денег. Верю, что <Дом Кантеле> все-таки будет построен.

Как же тут не поверить, если задетые за живое струны карельской души вызвали столь активную работу по-современному <технологичного> мозга?

Что ни говорите, а повезло <Кантеле> с директором. Лилия Степанова - это голова!

Андрей ФАРУТИН

Содержание