Военный ВЕСТНИК
 
Предыдущая статья Предыдущая статья Содержание номера Следующая статья Следующая статья

Фронт на Свири: белые пятна

История боевых действий 7-й Отдельной армии, подчиненной непосредственно Ставке ВГК, два с половиной года Великой Отечественной войны державшей оборону на Свири, сравнительно мало известна у нас в республике. Писалось и печаталось в основном о победном наступлении лета 44-го, когда армия в период Свирско-Петрозаводской операции была включена в состав Карельского фронта. Армия, воевавшая на территории Ленинградской и Вологодской областей, оказалась как бы <не нашей>, хотя ее боевая деятельность к карельской военной истории имеет самое прямое отношение. Долгие годы изучением истории Великой Отечественной войны на Свири занимается петрозаводский военный краевед Олег Георгиевский.
    - Олег Владимирович, как долго вы изучаете данную тему?
    - Как себя помню. Это у меня потомственное, можно сказать, переданное по наследству. И мой отец, ветеран 71-й стрелковой дивизии В.А. Георгиевский, и дед по отцу, бывший министр труда и замминистра лесной промышленности республики А.А. Георгиевский, и другой дед по матери П.Я. Кондрашов, в войну сержант госбезопасности, воевавший в тех местах, и даже прадед А.И. Вакулин, житель карельской деревни Ярвен Такайнен на Вачозере в Посвирье (ныне Заозерье), ею занимались. И дед, и отец, и я много работали на местах боев, беседовали с ветеранами и очевидцами, бывали в архивах, в том числе закрытых, и многое там находили. Очень многое я узнал от прадеда, человека, до старости сохранившего ясный ум и память. Нами собрана масса сведений и подлинных документов. Все районы боевых действий на Свири я прошел сначала сам, затем вместе с членами творческого объединения <Наш фотоклуб> Карельского государственного педуниверситета.
    - История войны оставила немало белых пятен, и многие из них <белеют> на карте боевых действий Карельского фронта:
    - И 7-й Отдельной армии: Безусловно, причина в нежелании или невозможности историков-исследователей и мемуаристов стирать эти <пятна>, затрагивать многие темы, роняющие тень на государство и армию, вступающие в противоречие со многими догмами и постулатами официальной истории, воспоминаниями полководцев. Но, по моему мнению, история подвига народа нам нужна такой, какая она есть, без цензуры и оглядки на то, не повредит ли это военно-патриотическому воспитанию:
    - С чего начнем разговор о войне на Свири?
    - Наверное, все-таки с сентября 41-го. Наступление финнов, начавшееся 1 сентября с рубежа реки Тулокса и под Пряжей, привело к тому, что советская 7-я армия потерпела тяжелое поражение и была разрезана на две части. Многие ее дивизии попали в окружение и неся потери, лесами вынуждены были пробираться к своим. Отступление превратилось в бегство, которое, казалось, не остановит даже широкая река. Уже 5 сентября финны захватили Олонец, 7 сентября у Лодейного Поля финские войска, поддерживаемые 163-й немецкой пехотной дивизией, вышли к Свири и вскоре перерезали Кировскую железную дорогу.
    - Что значил тогда для страны и армии этот район?
    - Это был не просто очередной водный рубеж с деревнями по берегам. Может быть, читателю это будет внове, но финны вторглись на территорию очень важного промышленного района СССР. Одна крупная ГЭС на Свири уже была построена, другая строилась. В Лодейном Поле под эту мощную энергетику работал большой автосборочный завод с цехами у самого причала, в поселке Свирьстрой начали возводить огромный завод <Электросталь>. Были и деревообрабатывающие предприятия, большая судоверфь, снабжавший все это хлебокомбинат. Берега были тогда густо заселены сотнями больших и малых деревень и рабочих поселков. Этот большой отрезок Кировской дороги - узел важнейших транспортных артерий, здесь же - водный путь из Балтики в Белое море. Там имелось четыре речных порта, большое количество железнодорожных подъездных путей и стоявших по берегам разнообразных складов, а также лагерей, лагпунктов. Ведь работали на строительстве Свирских ГЭС и промпредприятий в основном заключенные. Так называемый Свирлаг был филиалом управления знаменитого Белбалтлага, раскинувшегося по всему Русскому Северу. Всего заключенных и трудпоселенцев, в общем в той или иной степени подневольных рабочих и работниц, насчитывалось до 150 тысяч:
    - Получается, почти вдвое больше тогдашнего населения Петрозаводска?
    - Да, и эту огромную рабсилу в тот кризисный момент решили бросить в бой, заткнув ею дыру в линии фронта. При подходе противника из заключенных, трудпоселенцев, вольных и подневольных рабочих и лесорубов спешно сформировали две стрелковые дивизии, по 15 тысяч штыков каждая: одну - в Подпорожье, другую - в районе Свирьстроя, у 2-й ГЭС. Но как только этот специфический контингент вышел из-за колючей проволоки, сразу же вышел и из повиновения начальству. Люди стали разбегаться по лесам и деревням, грабить поселки, многочисленные склады с продовольствием, водкой, мануфактурой. Многие прихватили и оружие:
    - Значит, <гулаговские дивизии> практически не оказали сопротивления?
    - Достаточно сказать, что всего 10 финских разведчиков, переодетых в красноармейскую форму, легко овладели стратегически важным железнодорожным мостом в Подпорожье и даже попытались захватить заодно и зенитную батарею, охранявшую мост. Но благодаря одному политруку, организовавшему сопротивление, зенитчики отбились и вывезли орудия. В огромный барачно-лагерный город, раскинувшийся на 30 километров по берегу, носящий теперь имя Подпорожье, финские части вступили сравнительно легко и захватили большую его часть. Лишь около часа продержался штаб дивизии в центре, в здании средней школы, после чего наши отступили на окраины, где держались до октября.
    - Неужели бежали все?
    - Нет. Земляную дамбу-перемычку строящейся ГЭС, возле которой селилось все руководство города, стройки и лагерей НКВД, стойко обороняла переброшенная сюда 3-я бригада морской пехоты, засевшая в железобетонных укреплениях Свирского укрепрайона. Штурмовать его, не имея достаточно танков и тяжелых орудий, финские войска не стали. Через перемычку отводились на южный берег реки отступавшие войска Олонецкой группы 7-й армии. После отвода на южный берег частей, сохранивших хоть какое-то управление и дисциплину, 3-я брмп по приказу оставила перемычку, не взорвав ее.
    - То есть успеху врага способствовали дезорганизация и бегство войск?
    - Безусловно. К.А. Мерецков, принявший 24 сентября 7-ю армию у проигравшего кампанию генерал-лейтенанта, Героя Советского Союза Ф.Д. Гореленко, вспоминал впоследствии, что на Волховском фронте и южнее Свири приходилось осенью 41-го применять такие меры по сбору, с позволения сказать, <окруженцев>: на перекрестках дорог развертывали специально доставленные самолетами полевые кухни, хочешь есть - возвращайся в строй: Вылавливали их довольно долго.
    - А как относилось к дезертирам местное население?
    - Коренное население окрестных, в основном вепсских и карельских, деревень никакой помощи этим <защитникам Родины> не оказывало. Люди старались вообще по возможности не вступать с этими вооруженными бродягами в контакт, при приближении их уходили куда-нибудь в лес, все пряча и унося. Пришельцы могли не найти в деревне ни людей, ни продуктов, ни скотины, ни дров у дома, ни даже котлов в банях! Если что жители поесть и давали, то только в обмен на оружие и обмундирование. Можно осуждать их сейчас, но люди хотели выжить. В дома не пускали завшивленных, тифозных красноармейцев и беженцев, чтобы не заболеть самим. Когда враг перерезал уже все что можно, оставался один путь отступления - лесными тропами на Вологду. Большинство беженцев этот путь не сумело пройти, погибнув в дикой безлюдной осенней тайге или став жертвами дезертиров. Мой дед-чекист, служивший на Кировской дороге, тогда, в ноябре 41-го, успешно провел группу эвакуируемых железнодорожников из-под Тихвина в Вологду лесами:
    - Человек на войне: Мы не всегда, говоря об этом, вспоминаем гражданское население:
    - Старожилы края вспоминали, что сразу же после объявления войны исчезли все товары первой необходимости, а через две недели население, наученное горьким опытом гражданской и коллективизации, стало резать скот и копать картошку, делать запасы. От эвакуации большинство крестьян стремилось всячески уклониться. Повторяю, люди хотели выжить:
    - Кто же удержал фронт?
    - Основную роль в восстановлении рассыпавшейся обороны сыграли, кроме 3-й брмп, спешно организуемые командованием остатки отступавших разбитых частей: 9-го мотострелкового полка НКВД, 67-й стрелковой дивизии. Это и 74-й отдельный моторизованный разведбат 71-й стрелковой дивизии, прорвавшийся на машинах из Петрозаводска на Свирь через Педасельгу и Шокшу буквально навстречу наступавшим финам и занявший оборону под Вознесеньем. Две его мотороты, которыми командовали лейтенанты Фролов и Тарзалайнен, не дали финнам переправиться у поселка Пролетарская Слобода.
    3-я Ленинградская (Фрунзенская) дивизия народного ополчения, к остаткам которой приказом командования армии присоединили остатки 719-го стрелкового полка олонецкого формирования, образованного в свою очередь из разбитого 7-го мотоциклетного полка, 9-го мотострелкового полка НКВД, ленинградского бронедивизиона капитана Паланта, в таком составе вышла лесами из окружения, выбила финнов со станции Токари и отступила на север, к Петрозаводску, отправив раненых на отбитом у врага составе. Накануне падения города ее остатки снова стали отходить лесами уже на юг, через заслоны врага, за Свирь, куда добрались немногие.
    Для восстановления линии фронта Ставкой в сентябре-октябре были направлены новые дивизии и бригады, - 21-я Пермская Краснознаменная стрелковая дивизия, 114-я стрелковая дивизия, сформированная из сибиряков в Иркутской области, 368-я стрелковая из Вологды, 314-я стрелковая из Казахстана (прибывала с сентября почти до зимы). Прибыли три морские стрелковые бригады, сформированные из моряков Тихоокеанского флота, Амурской и Каспийской флотилий, курсантов военно-морских училищ, - 69-я, 70-я, 71-я мсбр. В пехоту, под огонь, отправили ценнейших военно-морских специалистов и будущих командиров флота: В конце сентября из-под Москвы перебросили 46-ю танковую бригаду с 7 тяжелыми танками КВ, 25 средними танками Т-34 и 30 легкими танками Т-26.
    - Как проходили военные действия?
    - Финские войска частью сил повели наступление на север, на Петрозаводск, другой частью, переправившись у Подпорожья, к 21 сентября расширили плацдарм, двигаясь по южному левому берегу до Лодейного Поля и на восток до Вознесенья и Ошты. Они перерезали не только Кировскую дорогу, но и Новоархангельский и Староархангельский тракты, лишив тем самым 7-ю армию сообщения с Вологдой.
    Немецкая 163-я пехотная дивизия, отбросив за Свирь отступающие в беспорядке советские части, захватила небольшой плацдарм западнее Лодейного Поля у деревни Горки, предполагая впоследствии наступать с него навстречу группе армий <Север>. В свою очередь наша 3-я бригада морской пехоты удержала небольшой пятачок на северном берегу близ болотистого устья Свири. Попытки советских войск сбросить финнов и немцев в реку при поддержке танков 46-й бригады успехом не увенчались и привели лишь к большим потерям. Так, 27 сентября в районе Свирских городков танки Т-34 заставили противника отступить обратно за реку, но танкистов не поддержала пехота, и финны снова овладели плацдармом. 2 октября бригада в атаке потеряла пять тридцатьчетверок, одну из них финны отбуксировали и отремонтировали, вторую взорвали вместе с продолжавшим отстреливаться экипажем, остальные были эвакуированы.
    К концу октября танковую бригаду вывели из боя, и финны из-за слабости нашей пехоты овладели Подпорожьем. Положение стабилизировалось (то есть бесплодные атаки были прекращены). Однако и немцам и финнам не удалось взять Лодейное Поле и соединиться под Тихвином, замкнув Ленинград в двойном кольце (Тихвин пал 8 ноября, до Свири немцам осталось идти каких-то 180 километров, и вся 7-я армия на месяц оказалась отрезанной почти от всех тылов, довольствуясь, впрочем, огромными запасами Свирьстроя, но 8 декабря войска Волховского фронта после упорных кровопролитных боев отбили город обратно).
    - Как вы полагаете, почему соединения войск Гитлера и Маннергейма у Волхова все-таки не произошло? В чем дело? В героическом сопротивлении наших войск? В превосходстве сил? Или же в нежелании финнов наступать?
    - Наверное, имели место все эти факторы. Во всяком случае Маннергейм несколько раз отклонял настойчивые просьбы немецкого союзника об ударе навстречу. Хотя, надо сказать, уже в октябре выпал обильный снег, что позволяло финнам активно использовать своих лыжников, а в обороне советских дивизий имелись большие прорехи...
    - Поговорим теперь о печально известном, а вернее, о печально неизвестном наступлении наших войск на Свири в апреле 42-го:
    - Зимой-весной 1941/42 года на Свири наступило некоторое затишье. Но во исполнение директивы товарища Сталина, озвученной им на совещании в Ставке 10 января (где присутствовали и Мерецков, и снова назначенный 9 ноября командармом-7 Гореленко), <1942-й должен стать годом изгнания захватчиков с советской земли>. На Свири стали готовить весеннее наступление.
    - В общем, от <северного фланга> потребовали активности. А что ставилось целью?
    - 7-я отдельная армия, насчитывавшая 6 неполных стрелковых дивизий, одну танковую бригаду (46-я тбр вернулась в армию в декабре), одну лыжную и четыре морские стрелковые бригады, должна была устроить на Свири своего рода Канны финской армейской группе <Олонец> (четыре пехотные дивизии, одна пехотная бригада и одна немецкая пехотная дивизия из двух полков, в конце апреля 42-го, кстати, переброшенная под Кестеньгу). Стрелковые дивизии и морские бригады 7-й отдельной, наступая на Подпорожье, должны были взять город, форсировать Свирь и, ударив на запад по северному берегу, соединиться с 3-й бригадой морской пехоты, которая должна была наступать со своего плацдарма у Свирицы на восток.
    - Была ли надежда на успех?
    - Надо сказать, что план операции, учитывая состояние войск, был довольно авантюрным (он предусматривал даже последующее взятие Петрозаводска!). Операция начала давать сбои уже на этапе подготовки. Большой автотранспорт боеприпасов, прибывший длинным кружным путем в деревню Винницы из Вологды через Тихвин и Алеховщину, где стоял штаб армии, доставил войскам только 45-мм противотанковые снаряды. Дивизии, два армейских артполка и минометная бригада перед наступлением фактически остались без положенных боекомплектов гаубичных и пушечных снарядов и минометных мин. Исключение составляла только 21-я сд, имевшая некоторый запас.
    - Ну, это просто какое-то вредительство:
    - Хуже - головотяпство:
    - А разве нельзя было снова отправить машины туда и обратно?
    - Прямой дороги, я повторяю, не существовало, и автотранспорт нужно было гнать в Вологду и обратно целую неделю, что грозило срывом сроков операции. Наступление наметили на апрель, именно потому что нет сильных морозов, а снега и скованные льдом болота еще не растаяли, что позволяло действовать лыжникам и как-то перемещать по местности орудия и технику.
    - Каковы были силы противника?
    - Силы финнов на подпорожском плацдарме насчитывали три пехотные дивизии (8-ю, 11-ю и 17-ю), 5-я финская и 163-я немецкая пехотные дивизии и 15-я пехотная бригада стояли у Лодейного Поля. Но сплошного фронта до Свири практически не было: только отдельные доты и дзоты на высотах, минные поля, колючая проволока и контрольная лыжня. Вся основная линия обороны, насыщенная войсками, строилась севернее Свири. Имелись у финнов и бронепоезда с артиллерией и минометами, курсировавшие по путям узкоколейки Вязостров - Северные Бараки.
    - Как началось наступление и как развивалось?
    - В ночь с 9 на 10 апреля в наступление пошли 21-я сд, три морские бригады, 114-я сд, 272-я сд, 368-я сд. Поддерживали их лыжная и минометная бригады, два гаубичных артполка, отдельные лыжные разведбатальоны. В резерве находилась 314-я сд.
    Хотя финны благодаря своей лыжной разведке, глубоко проникавшей в наши тылы, знали о готовящемся наступлении, тем не менее на участках моряков и сибиряков оно оказалось для гарнизонов дотов неожиданным - штурмовые группы вырезали их ножами и забросывали гранатами. Однако дальше все пошло далеко не по намеченным планам. Морские пехотинцы 69-й мсбр полковника А. Шевченко, наступавшие на главном направлении и занявшие гору Сюрьга (Лысая), оказались под уничтожающим минометным огнем противника и понесли большие потери. Были разбиты все рации, нарушилась связь, вражеские снайперы вывели из строя командиров, в том числе командира штурмового отряда А. Вахонина. Финские лыжники нанесли контр-удар и рассекли боевые порядки бригады. Краснофлотцы начали отступать.
    Без лыж они погибли бы в снегах в своих черных бушлатах, если бы один из моряков, проявив флотскую смекалку, не стал бы подавать сигналы на 3-ю гаубичную батарею флажным семафором. На счастье командир батареи М. Гилев эти сигналы понимал, и корректируемые морским семафором орудия своим огнем остановили финнов. В общем, наступление бригад морской пехоты захлебнулось.
    - А что же ее соседи?
    - Успех поначалу имела и 114-я сд полковника Девятова, наступавшая к Свири, с тем чтобы форсировать ее в районе деревни Посад. Продвинувшись, сибиряки нанесли врагу большие потери и захватили трофеи: 8 орудий, 28 пулеметов, 153 автомата, 193 винтовки, 50 конных повозок. Однако затем противник, используя свое преимущество в мобильности, окружил дивизию.
    - Известно, что здесь финны вновь применили танки:
    - Не совсем удачно. Танковая рота бронебригады Лагуса, переброшенная из Петрозаводска для поддержки контрнаступления 17-й пехотной дивизии, в составе одного Т-34 (захваченного у Свирской ГЭС в сентябре) и 9 также трофейных танков Т-26, 19 - 20 апреля атаковала стык 536-го и 363-го полков 114-й дивизии. Сначала противник, продвигавшийся колонной по дороге, попал под огонь противотанкового орудий и потерял танк Т-26, выведя из строя одну нашу сорокапятку. На следующий день финский Т-34, неуязвимый для 45-мм пушек, съехав с дороги, нанес большие потери нашей стрелковой роте и был подорван командиром стрелковой роты лейтенантом Петром Улаховичем, бросившимся с гранатами под танк. Всего финны потеряли в этом бою от огня противотанковой батареи старшего лейтенанта Савелия Джигола два танка и еще два были подбиты гранатами, остальные отступили.
    - И каков же был общий итог?
    - Дивизия сибиряков погибла, сражаясь в окружении несколько дней, почти целиком, потеряв 1888 человек погибшими, 845 пропавшими без вести, и 40 человек, по финским данным, попали в плен. К своим прорвалось не более сотни бойцов и командиров, в их числе 13 человек из 536-го и 32 человек из 363-го, несколько десятков из 763-го полков, а также остатки противотанкового дивизиона с двумя пушками. Вышли к своим и бойцы отдельных разведбатов, в начале операции закрепившиеся на берегу Свири. Сохранив свои рации, они своевременно получили приказ об отходе. Один разведбат сумел пройти даже по минному полю - накануне выпал снег и мины не сработали.
    На левом фланге 21-я сд не добилась особых успехов, ограничившись в основном артобстрелами. Отряды 272-й сд, продвинувшись вперед, окружили противника, потом сами попали в окружение, образовался <слоеный пирог> без каких-то результатов. 368-я сд, самая правофланговая, наступавшая на Вознесенье, также никаких успехов не имела.
    И только 23 апреля после двух недель кровопролитных боев командование отдало приказ о прекращении провалившейся операции. Ни словом о ней не упоминает в своих мемуарах Мерецков. После описания военных событий ноября 41-го у него идет такая строка: <А потом начались тяжелые бои:> И все! Потери составили более 10 тысяч убитыми, ранеными и пропавшими без вести.
    - Проходная статистика, капля крови в большом океане: В чем, на твой взгляд, были причины поражения?
    - Финны, как и немцы, применяли против наших наступающих войск свою обычную тактику. Нанеся потери атакующим пулеметным огнем, они, если не могли удержаться в укреплениях, отступали и начинали методически засыпать наших бойцов минами, пока те сами не оставляли большой кровью занятые позиции. А мин у них было огромное количество: Противник, широко используя лыжные подразделения, хорошо вооруженные автоматическим оружием, легко обходил наших с флангов и тыла, беря в кольцо.
    - А у нас что же, лыжников не было?
    - Как же не было были: Но значительная их часть вынуждена была передвигаться по снегу из-за нехватки лыж на приспособленных досках. Моряки, скажем, атаковали храбро, но зимой и на лыжах воевать не были готовы. Артиллерия имела мало снарядов и мин, немногие исправные танки 46-й тбр на этой местности можно было применять с большим трудом, и серьезной роли они не сыграли (при этом один подбитый КВ-1С и один Т-34 финны захватили и отремонтировали). К большим потерям приводили плохие управление, связь, снабжение и не налаженная эвакуация раненых (в морозные ночи они замерзали, а костров развести было нельзя - по ним бил противник). Бойцы страдали от голода, многие болели цингой, не было теплых землянок.
    - Анализируя наступательные операции 1941 - 1942 годов, снова приходишь к давно известным причинам горьких поражений и огромных потерь: неумению вести современный бой, использовать свое численное и техническое превосходство:
    - Причин много. Но у нас впереди будет, я надеюсь, разговор и о победах 44-го:
    - Быть может, в следующий раз поговорим о Свирско-Петрозаводской операции?
    - Согласен...

Беседовал Сергей ЛАПШОВ



Предыдущая статья Предыдущая статья Содержание номера Следующая статья Следующая статья
© Редакция газеты "Карелия", 1998-2003