Карелия N 1 (31 декабря 1998): КАЛЕЙДОСКОП: Пушкин под елкой, или Новый год: тайфун и солнце

КАЛЕЙДОСКОП


	Пушкин под елкой, или Новый год: тайфун и солнце

На пороге Нового, 1986 года над Кубой пронесся страшный ураган. В тот день в редакции газеты "Информационный бюллетень", выходящей в советской мотострелковой бригаде, расположенной под Гаваной, я засиделся допоздна. Домой возвращался последним рейсом в кабине дежурного "ЗИЛа". В воздухе стояла зловещая тишина - предвестник скорого стихийного бедствия. Подозрительно быстро прибывала в ручьях вода, кое-где она уже стала заливать дорогу, по которой мы ехали.
Рейсовые кубинские автобусы по причине надвигающегося тайфуна уже не ходили. Но люди, не успевшие вовремя добраться до дома, то тут, то там встречались. Они отчаянно голосовали, махали руками, просили подвезти. Почти всем им было с нами по пути - до Гаваны.
Как дед Мазай спасал зайцев, так и мы спасли от тайфуна приблизительно три десятка человек. И только я переступил порог дома, как грянул гром, с небес хлынул поток воды, со страшной силой загудел быстрый ветер. Наутро все стихло. Я вышел на балкон и был удивлен изменениями в пейзаже: некоторые дома стояли без крыш, королевские пальмы, с которых ежемесячно падает лишь одна ветвь, за одну ночь лишились своих крон.
- Пошли скорей в парк Ленина, - прибежал ко мне друг Серега. - Там столько деревьев наломало, наверняка елки найдем.
Куба - странный остров. Излишков на нем не счесть, а вот необходимого нет. Например, нет... камней. Как-то знакомые моряки спросили нас: "Чего вам, ребята, в следующий заход на Кубу с Союза привезти?"
- Камней! - попросили мы и объяснили, что построили баню, а вот каменку сложить не из чего: ни гранитов, ни мраморов на острове нет.
Вот и с елками та же история. Лесов много, но все деревья или очень колючие или гладкие, как бамбук.
Только в парке Ленина, гуляя семьями по выходным, мы видели рощу каких-то хвойных деревьев, смахивающих на елки.
Тайфун не пожалел эти деревья - пару штук мы принесли домой, стали наряжать.
За отсутствием в магазинах Деда Мороза под "елку" я посадил... Пушкина, его бронзовую статуэтку, доставшуюся в наследство от предыдущего ответственного секретаря газеты. Пушкину приклеил бороду - вылитый Дед Мороз. Причем вылитый из бронзы.
В конце 85-го в кубинских магазинах вдруг появилось наше вино из разрядов бормотухи - портвейн, вермут. Оказалось, в Союзе ведется нешуточная борьба с пьянством, и, чтобы больше не искушать советских граждан, вино отправили куда подальше. Продавалось оно очень дешево, и когда кубинцы поняли, что оно не только дешево, но и сердито, то брали ящиками. Пиво, вино - единственное, что они могли купить без ограничений, без талонов. За остальным они шли к "совьетико". Поэтому двери в наши квартиры почти не закрывались, постоянно ходили кубинцы, скупали все, что видели.
Уже после Нового года ко мне домой пожаловала немолодая разбитная кубинка. Как сейчас помню, одета она была в синие семейные трусы, которые носила вместо шорт. Повела обычный разговор о том, что хочет купить обувь, капроновые ленты. Жена отвечала, что ничего этого нет. И тут ее взгляд скользнул по Пушкину - Деду Морозу, стоящему под осыпающейся "елкой".
- Эта Ленин? - спросила она.
- Ленин, Ленин, - отвечал я.
- Сколько песо?
В полной уверенности, что купила Ленина, кубинка поспешила домой, а мы с другом Серегой на вырученные десять песо купили пива.
Признаться честно, Новый год на Кубе не запоминается. Может, потому, что ни снега, ни мороза, ни Деда Мороза, ни Снегурочки - ничего. Вот карнавал - это праздник, но это, как говорится, совсем другая история.

Олег ТАРАКАНОВ