|
| ||||||||
| ПОЛИТИКА. ОБЩЕСТВО. ВЛАСТЬ
| |||||||||
| |||||||||
|
|
Год несбывшихся страхов |
|
| |
На первый взгляд подвести итоги прошедшего года не слишком-то сложно. Проще простого объявить, что, мол, главным стало появление множества абсолютно новых лиц в истеблишменте. Действительно, у России появилась новая власть. Новая Дума, причем в составе депутатского корпуса около половины "новичков". Новый президент, провозгласивший новую программу реформ. Новая правящая партия, возникшая буквально из ниоткуда. Новый политический центр, именуемый Госсоветом, и радикально обновленные принципы формирования Совета Федерации. Сверх того, в 44 российских регионах прошли выборы губернаторов и состав региональных лидеров обновился на треть. Наконец, 23 субъекта Федерации переизбрали местные законодательные органы. Словом, получается, что 2000-й стал годом коренного обновления власти на всех ее уровнях. Правда, такую характеристику вряд ли можно считать исчерпывающей, скорее поверхностной. Поэтому второй взгляд абсолютно необходим. И если чуть более придирчиво взглянуть на политическую хронику 2000 года - его итоги подвести довольно трудно. Проблема состоит в том, что абсолютно для любых выводов и характеристик наберется достаточное количество политических событий. А их интерпретация - дело личных пристрастий пишущего. Действительно, "левые" могут связать воедино союз фракций КПРФ и "Единство" при дележе думских постов в январе, признание президентом страны Владимиром Путиным компартии как ведущей политической силы современной России, удаление от власти наиболее одиозных "олигархов" и, наконец, реставрацию старого советского гимна в качестве государственного символа. Вывод, который сделал главный коммунист Геннадий Зюганов, - "российское руководство во многом учитывает предложения и программные документы народно-патриотических сил". Словом, год поворота "налево", и не случайно слова об "антинародном режиме" остались лишь в устах политических маргиналов левацкого толка. "Правые" могут поставить в заслугу уходящему году федеральную, налоговую и пенсионную реформы, "равноудаление" власти и бизнеса, начало реструктуризации естественных монополий и прочие экономические шаги, будто бы списанные из программ СПС и "Яблока". Во власть пришли экономисты правого толка, такие как Алексей Улюкаев и Андрей Илларионов. Благодаря этому в риторике руководства страны и, главное, президента стали отчетливо звучать откровенно либеральные нотки. Таким образом, получается год поворота "направо". Вообще говоря, проблема политической идентификации нового президента стала самой главной трудностью уходящего года. Владимир Путин до самого момента инаугурации оставался человеком-загадкой. Да и сейчас, если верить отечественным социологам, каждый четвертый россиянин не может однозначно ответить на простой вопрос: "Who are you, Mr Putin?" Тем не менее, по данным социологических опросов, рейтинг нынешнего хозяина Кремля остается стабильно высоким. Почти как во время президентской кампании. Возможно, этот парадокс является одним из главных итогов нынешнего года. Россию возглавил человек, которого практически каждый ее житель хотя бы немного считает "своим". Человек, к которому не относится враждебно ни одна из политических сил и который сам не является противником ни одной из них. Владимира Путина действительно можно назвать президенттом всех россиян. Эпоха драматического противостояния, непримиримой оппозиции и борьбы различных властных группировок, столь памятная всем нам по 10 годам президентства Бориса Ельцина, похоже, становится достоянием истории. И это является не менее значимым итогом ушедшего года. Вопреки ожиданиям и опасениям, разговорам о "престолонаследии" и "зависимости от Семьи" в нынешнем году началась ревизия наследства первого российского президента. Придя в Кремль, Владимир Путин сумел похоронить пресловутую систему сдержек и противовесов, отказаться от "рокировочек" и "загогулин". Он сумел консолидировать властную элиту и начал выстраивать жесткую властную вертикаль. Уходит в прошлое фрондерство губернаторов и своеволие кремлевских чиновников, а должность главы президентской администрации становится все менее политической и все более административной. Существенно изменилась вся система принятия решений. В отличие от импульсивного и несколько иррационального Бориса Ельцина, Владимир Путин руководствуется чисто прагматическими соображениями. Он "ничтоже сумняшеся" может пойти на сговор с коммунистами, невзирая на вой "демократически настроенной прессы". И с такой же легкостью он может заключать соглашения с "правыми", заставляя своих недавних "левых" союзников испытать горечь поражения. Что любопытно, и те и другие сквозь зубы признают правоту президента. Одновременно произошло отстранение от власти "олигархов". В нынешнем году стало понятно, что "олигархичность" капитанов отечественного бизнеса была сильно преувеличена. Точнее говоря, руководители крупнейших российских компаний были олигархами ровно настолько, насколько власть позволяла им пребывать в таком качестве. И как только у президента хватило здравого смысла и политической воли заняться равноудалением власти и бизнеса, некогда влиятельнейшие персоны превратились просто в обыкновенных законопослушных бизнесменов. Те же, для кого подобная метаморфоза оказалась неприемлемой, в итоге оказались вытесненными на политические задворки. Тоже итог ушедшего года. Наконец, оценивая 2000 год, нельзя не сопоставить ожидания в его начале и результаты в его конце. Не будет преувеличением сказать, что годом ранее не было недостатка в мрачных прогнозах относительно ближайшего будущего России. Нашей стране сулили экономический спад, новое поражение в Чечне, изоляцию на мировой арене, диктатуру, всевластие спецслужб, удушение оппозиции и прочие беды. В то же время с именем Владимира Путина связывались определенные надежды на перемены к лучшему, на реформирование экономики и власти. Теперь можно увидеть, что, по большому счету, не оправдалось полностью ни одно пессимистическое предсказание. Надежды же по-прежнему остались. По мнению многих, решения президента, принятые им за последний год, выглядят чрезвычайно сильно и, несмотря на кажущуюся непопулярность, не встречают сопротивления в обществе. Но само общество за год заметно изменилось. Невнятные ожидания становятся все более четкими, параллельно прорисовывается и образ президента. Пока можно сказать, что все мы чуть более определенно начали представлять, в каком направлении необходимо двигаться. Мы поняли, что желаем видеть от власти и от президента. И пока видим, что власть в целом, и президент в частности, оправдывает ожидания. По крайней мере ожидания большинства.
|
|
 |
 |
|
 |
|
 |
|
|
© Редакция газеты "Карелия", 1998-2001 |