Карелия N 19 (22 апреля 1999): РЕСПУБЛИКА: Отнять, поделить, отнять, поделить и так далее...

РЕСПУБЛИКА


	Отнять, поделить, отнять, поделить и так далее...

Наверное, одним из лучших ведомств на территории Карелии смело можно назвать Министерство юстиции. По той простой причине, что в течение нескольких лет в прессе Минюст упоминался разве что вскользь. Ни одного громкого скандала, ни одной разоблачительной публикации. И даже на пресс-конференции, собранной в министерстве на прошлой неделе, не прозвучало ни одной сенсации Впрочем, одну информацию все же можно назвать интересной новостью: в Законодательное Собрание направлен проект закона о мировых судьях. Если он будет принят (а препятствий к этому, по мнению министра Александра Петровского, нет никаких), то около 60% дел от районных судей перейдет к мировым. Это часть гражданских дел, трудовые споры, административные правонарушения и уголовные дела, по которым наказание не превышает 2 лет лишения свободы. 67 мировых судей будут работать на 34 участках - по числу районных.
В остальном же работа министерства буднична и даже рутинна, и рассказ о ней, довольно продолжительный, журналистскую кровь не взволновал.
Самое интересное, как водится, прозвучало в разделе "вопрос-ответ". Пристальное внимание на этот раз уделили теме, недавно поднятой в средствах массовой информации, а именно переделу собственности в республике.
История эта уходит корнями аж в 1991 год, когда тогдашним Верховным Советом Карелии был принят закон о приватизации, включающий в себя статью 20, дарующую льготы трудовым коллективам. По этому закону приватизировалось около 500 предприятий республики.
Минюст еще тогда обратил внимание законодателей и правительства, что статья 20 противоречит российскому законодательству, однако его замечание не было принято во внимание: мы все же республика суверенная, а это понятие, между прочим, обозначает верховенство местных законов. Впрочем, углубляться в эти дебри не стоит - можно далеко уйти. Остановимся на том, что закон был принят и не отменен до сих пор, хотя практически уже не действует.
Трудовые коллективы, таким образом, стали обладателями некоей собственности. Счастливчиками считали тех (1992 год!), кому достались акции крупных промышленных предприятий. Мыслилось, что вся прибыль, отбиравшаяся раньше ненасытным государством, теперь будет рассовываться по карманам акционеров. Обиженным считал себя конторский люд: им достались здания, ценность которых в те времена была сомнительной.
Другое дело теперь. Здания в центре города сдаются в аренду и приносят неплохой доход, за счет которого в немалой степени и существуют организации, потенциал которых в нынешних экономических условиях востребован, мягко говоря, не полностью.
Наше Министерство госсобственности усмотрело в этом историческую несправедливость и одно за другим возбуждает судебные иски, пытаясь вернуть лакомые кусочки собственности в государственное лоно. Основание - как раз то несоответствие между российским и карельским законодательством 1991 года.
Интересно, что попытки "расприватизации" проводятся только в отношении предприятий (числом около 10), которые сдают свои помещения в аренду. Остальные несколько сотен, не имеющие возможности зарабатывать такой легкий хлеб, живут пока спокойно. Пока. А если завтра баснословные прибыли начнет приносить именно промышленное производство, а не сдача внаем помещений?
Министр не дал на заданные журналистами вопросы твердого и однозначного ответа. Одно дело Министерство госсобственности уже выиграло, кажется, во всех инстанциях. Несколько судов еще предстоят. Конечно, вмешиваться в этот процесс Министерство юстиции не обязано - это дело других органов. Но какие органы и из каких средств компенсируют гражданам, вложившим в приватизацию предприятий свои ваучеры и живые деньги? Пока на эти вопросы ответов нет.

Светлана ФЕДОТОВА