|
За последние несколько лет в Карелии заметно сократилось число детей, воспитывающихся в детских домах и интернатах.
Это стало возможно благодаря развитию семейных форм попечения детей-сирот. Наш корреспондент встретился с начальником отдела социального образования, усыновления и профилактики социального сиротства министерства образования республики Галиной ГРИГОРЬЕВОЙ
Через 5-6 лет в России может не остаться детских домов. Такой прогноз был сделан на одном из заседаний правительства РФ в конце прошлого года. Государство кардинально меняет политику в отношении сирот: дети должны быть переданы на воспитание в семьи.
Российское законодательство предлагает три форты их семейного устройства: усыновление, опекунство и приемная семья.
Впервые в Москве, а потом и в других городах и регионах страны, в том числе и в Карелии, некоторые детские дома стали развивать на своей базе некое подобие приемных семей-патронат. Это понятие отсутствует в федеральном законодательстве, и в настоящее время существует лишь в одной трети регионов. В нашей республике Закон "О патронатном воспитании" был принят в 2002 году.
В отличие от обычной приемной семьи, в патронатной ребенок по документам остается воспитанником детского дома, а не приемных родителей, хотя живет в семье. "Родитель" же, оказывая услугу детскому дому, получает денежное вознаграждение.
Патронат не бросает "новую" семью на произвол судьбы. Специальная уполномоченная служба регулярно посещает дом патронатных родителей и при необходимости помогает им.
Как развивается патронат в нашей республике, готовы ли жители Карелии взять в свои дома сирот, чем могут помочь им уполномоченные службы, что должны сделать законодательная и исполнительная власти, чтобы как можно больше детей-сирот обрели семьи?
- О карельском опыте патронатного воспитания рассказали в одном из выпусков телевизионных российских новостей. Галина Федоровна, мы действительно здесь впереди России всей?
- Мы первыми в России приняли республиканский закон о государственной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Он определил подушевой финансовый норматив на ребенка-сироту независимо от формы его устройства. Живет ли ребенок в детском доме, находится ли на патронат-ном воспитании или взят в приемную семью независимо от этого предполагалось выделять, включая дополнительные гарантии, 145 тысяч рублей в год. На ребенка, который находится под опекой, - 64 тысячи рублей. Замечу, что здесь не предусмотрена оплата труда воспитателя.
- То есть, как в свое время говорили инициаторы этого закона, "деньги должны идти за ребенком". Будет ребенок в детдоме - деньги на его содержание и воспитание перечисляются туда, пойдет он в приемную семью - их будет получать семья. Почему этого нельзя было сделать раньше?
- Это позволил сделать только федеральный закон № 122, который, как известно, не только монетизировал льготы, но еще и разделил полномочия между разными уровнями власти. Согласно этому закону с 2005 года полномочия по материальному обеспечению детей-сирот перешли на уровень регионов. То есть теперь это стало заботой республиканского бюджета, а значит, уже сама республика получила право принимать решение.
Прежде, согласно действовавшему тогда федеральному законодательству, деньги могли направляться только в государственные учреждения, созданные для детей-сирот. Когда мы начали внедрять московский опыт патронатного воспитания в наши детские дома (пионерами здесь стали питкярантцы), никто не мог оказывать людям, принявшим сирот в свои семьи, материальную помощь. Поэтому старались выделять им продукты, стиральные порошки, гуманитарную помощь из расчета, сколько того и другого приходится на каждого детдомовца. Ни о какой зарплате патронатным воспитателям речь тогда тоже не шла.
- Во многих областях и республиках прежний порядок существует и до сегодняшнего для. У нас же и патронатные, и приемные семьи получают средства и на питание детей, и на другие их потребности. Приемные и патронатные родители получают зарплату. Она и у тех, и у других одинаковая. А чем по своему статусу патронатная семья отличалась от приемной?
- Приемная семья - полноправный представитель интересов ребенка. По статусу она ближе к семье, которая усыновила бывшего воспитанника детдома. Только имущество, жилплощадь приемной семьи (в отличие от семьи - усыновителя) не становится частью собственности ребенка, принятого на воспитание.
Если ребенок передается на патронатное воспитание, заключается трехсторонний договор. Перед органом опеки и попечительства ответственность за ребенка несет и детдом, из которого ребенок передается в семью, и сама семья. Все возникающие проблемы патронатная семья решает только с помощью специалистов детдома.
- За приемной семьей остается право, если возникнут какие-то значительные проблемы, вернуть ребенка обратно в детдом?
- Это право остается и у той семьи, которая усыновила ребенка. Правда, в этом случае решение принимается в суде.
Но, конечно, лучше, если бы таких ситуаций не возникало. Их, как правило, очень тяжело переживают дети, не проходят они бесследно и для приемных родителей.
- Где сейчас находится на воспитании больше детей-сирот? В детских домах или в семьях?
- Если брать во внимание и тех детей, над которыми их родственники оформили опекунство, то, конечно, в семьях. Сейчас в семьях (усыновлены, взяты в приемные или патронатные семьи, оформлено опекунство) находятся 2255 детей. Почти над 2000 из них оформлено опекунство. 130 детей отданы в патронатные и приемные семьи. Около 900 детей продолжают оставаться в детских домах и интернатах.
- Ходят разговоры, что поставлена задача всех детей из детских домов передать в семьи. Она может быть осуществлена?
- Нет, никто такой задачи не ставил. Это и не реально. Хотя бы потому, что далеко не все дети готовы идти в новую семью.
По международным нормам половина детей-сирот и детей, оставшихся без попечения, может жить в приемных семьях, а половина - в государственных учреждениях попечения. Мы думаем, что у нас в республике все дети, которые захотят поменять детдом на новую семью, будут жить в семье. Желающих принять их очень много. Например, в Пряжинском районе сегодня семей, желающих принять детей, больше, чем сирот.
И поэтому мы уже можем ставить вопрос так: надо подбирать семью под потребности и особенности ребенка, а не ребенка подбирать для семьи.
- Кто это будет делать?
- В десяти районах республики уже сейчас созданы службы по отбору, подготовке и сопровождению, то есть контролю за содержанием детей, консультированию в трудных случаях так называемых замещающих семей. В самое ближайшее время они появятся и в других районах. Ведутся подбор и обучение специалистов.
- Нет ли у Вас ощущения, что некоторые потенциально приемные родители считают: принять чужого ребенка в семью не так уж сложно. Главное, чтобы позволяли жилищные условия и была собственная готовность и желание его растить?
- Мы помогаем потенциальным родителям уже на начальном этапе понять, на что они решаются. Теперь, когда мы начали проводить обучение будущих замещающих (приемных, патронатных) родителей, в ходе которого и раскрываются все требования, предъявляемые к ним, случается так, что только двое-трое из десяти желающих приходят к убеждению, что они готовы принять ребенка в семью. Это, как правило, совпадает с мнением специалистов, которые с ними занимались.
- Галина Федоровна, устройство детей, оставшихся без попечения родителей, в новые семьи - это хороший, но все-таки вынужденный путь. Было бы куда лучше, если бы детские дома начали пустеть и закрываться по другой причине: все дети росли бы в своих семьях и их родителей не лишали бы родительских прав.
- Конечно. Нужна серьезная профилактика социального сиротства. Во всем мире слово "профилактика" означает предотвращение, недопущение трудных жизненных и социальных ситуаций. В России под словом "профилактика" пока, к сожалению, понимается иное. К примеру, в федеральном законе о профилактике безнадзорности и правонарушений среди несовершеннолетних профилактика трактуется как необходимость работать с семьей, которая попала в трудную ситуацию. На это направляются и силы специалистов, и средства.
Мы предлагаем принять другую концепцию нового федерального закона о защите детей, которая бы в корне меняла отношение к профилактике и, как следствие, меняла бы и требования, предъявляемые к детским учреждениям. А это и родильные дома, и детские консультации, и детские больницы, и детские сады, и школы... Все, кто работает с детьми, должны быть на страже их благополучия, поддерживать семью. Это следует вписать в их должностные обязанности.
- Что мешает республике уже сегодня принять такой закон и направлять средства, расходуемые на преодоление последствий семейных кризисов, на создание системы их профилактики?
- В том-то и дело, что эти законодательные нормы должны быть приняты на федеральном уровне. Региональное законодательство, как известно, не должно вступать в противоречие с федеральным. Думаю, что потребность перемен ощущаем не только мы. Поэтому рано или поздно они случатся.
- Я знаю, что в Законодательное собрание республики внесены поправки в закон о государственной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечении родителей, о котором Вы упоминали в начале. Чего касаются поправки?
- До 5160 рублей предполагается увеличить объем средств, ежемесячно выделяемых на содержание ребенка. С учетом северных коэффициентов это будут значительные суммы. 5934 рублей будут получать на содержание детей в южных районах республики и 7224 рубля - в самых северных. Почти в два раза планируется увеличить зарплату приемных и патронатных родителей.
- Завершим наш разговор ответом на вопрос: "Если у семьи есть желание и возможность принять чужого ребенка, с чего ей надо начать?"
- Ей следует обратиться к специалисту по опеке и попечительству, который есть в администрации каждого района. Консультацию по всем интересующим вопросам можно получить в Центре диагностики и консультирования министерства образования республики, где уже два года работает консультативно-методическая служба по развитию семейных форм попечения.
Беседу вела Аннa КУЗНЕЦОВА 18 апреля 2007, "ТВР-Панорама"
|